Прокуратура требует отменить оправдательный приговор, сообщает vera.kz
Государственный обвинитель требует отменить оправдательный приговор в отношении бизнесмена Султана Махмадова и его подчиненных. Прокурор настаивает на реальных сроках для бизнесмена и еще троих его подчиненных, которые несколько лет работали с ним. Обвинение запросило у апелляционной коллегии отправить предпринимателя Султана Махмадова на 15 лет в колонию, а Марата Бирюкова, Рустама Кадимова и Ольгу Варавину осудить на 10 лет каждого. Прокуратура считает, что суд первой инстанции необоснованно оправдал всех их по делу о незаконной предпринимательской деятельности, производстве подакцизных товаров в виде этилового спирта с получением дохода в особо крупном размере, организованное преступной группой. Гособвинение считает, что следствию удалось доказать виновность каждого фигуранта дела, однако, суд не дал должной оценки этим доказательствам.
БЫЛО ДЕЛО
В июле 2026 года под аплодисменты и поздравления родных из суда № 2 города Тараза вышли четверо подозреваемых по громкому уголовному делу. После месяцев изучения нескольких томов уголовного дела суд пришел к выводу, что следствию не удалось доказать вину подсудимых по самым громким эпизодам. Известный в Жамбылской области бизнесмен Султан Махмадов признан виновным в незаконном ношении холодного оружия и освобожден от наказания в связи с истечением срока давности. Также он признан виновным в хранении этилового спирта в резервуаре № 036, но по амнистии освобожден от наказания в виде одного года ограничения свободы. По обвинениям в создании ОПГ и незаконном предпринимательстве суд его оправдал. Невиновными были признаны и остальные подсудимые.
Прокуратура с таким решением суда категорически не согласилась. Она считает, что подсудимые с 2017 по 2025 год производили этиловый спирт, не имея на это лицензии. По версии прокуратуры, «незаконная предпринимательская деятельность выражалась не в единичном факте хранения этилового спирта, а в осуществлении комплекса взаимосвязанных действий, включавших производство, хранение, перевозку, реализацию этилового спирта без соответствующего разрешения в составе организованной преступной группы и с получением дохода в особо крупном размере». В надзорном органе считают, что согласно закону «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта», включая несоответствующие ГОСТу относятся к подакцизным товарам и подлежат лицензированию. Сторона защиты настаивает на том, что с 2015 года ТОО «БМ» сдал свои лицензии на производство и хранение этилового спирта, так как не мог выполнять закрепленные в законе условия и перешел на производство биоэтанола. На это у компании есть паспорт производства биотоплива, утвержденный министерством сельского хозяйства. Заниматься производством ТОО «БМ» стало совместно с ТОО «Априори-Тараз», так как собственных ресурсов на выпуск продукции не хватало. В этом прокуратура усмотрела нарушение закона, так как считает, что паспорт на производство биотоплива считается документом конкретного предприятия.
Кроме того, прокуратура считает, что следствию удалось доказать распределение ролей между участниками группы. Кто-то осуществлял прием сырья и приготовления браги, другой обеспечивал переработку в спирт, кто-то отвечал за хранение и отгрузку, кто-то проводил анализ проб, а другой осуществлял транспортировку готовой продукции. Всем этим процессом, по версии следствия, руководил С. Махмадов. При этом в своем апелляционном протесте обвинение указало, что суд вынес оправдательный приговор, потому что негласные следственные действия не показали в разговорах обвиняемых распределения ролей, разговоров о совместном совершении правонарушения. Кроме того, суд сослался на Нормативное Постановление Конституционного суда, которое не позволяет считать членами ОПГ работников зарегистрированной организации.
В своем выступлении прокурор ссылался на заключения экспертов санэпидконтроля и специалистов ДЭР, которые обнаружили в резервуарах тысячи литров жидкости со специфическим запахом. В части заключений речь о том, что в обнаруженной жидкости доля спирта составляла 99%, тогда как в этиловом спирте эта доля составляет 96,6%.
Подробнее предоставить данные прокуратуры о выявленной жидкости и количестве в ней этилового спирта мы не можем, так как суд по требованию прокурора запретил снимать его выступление в апелляционной инстанции. По этой же причине мы не можем предоставить полный обзор доводов, озвученных гособвинением.
В своей речи прокурор отметил: «Обоснованный приговор означает, что он основан на доказательствах, которые собраны с соблюдением требований закона». Стоит отметить, что в этой части у стороны защиты обвиняемых возникли вопросы.
ПРЕСЛЕДОВАНИЕ БИЗНЕСА ИЛИ БОРЬБА ЗА ЗАКОН?
Защита обвиняемых считает, что уголовное преследование бизнесмена и его подчиненных началось еще лет 9 назад. Тогда появилось первое уголовное дело, которое прекращалось, но его отголоски почему-то появились в материалах дела сейчас. ТОО «БМ» когда-то считалось крупным предприятие в Таразе и до 2015 года там, действительно, выпускали этиловый спирт. В тот год в профильном законе появились поправки, которые вынуждали предприятие вырабатывать мощность от своего производства в течение года. ТОО «БМ» сделать это не смог и вынужден был отказаться от производства этилового спирта и сдал свои лицензии на данный вид деятельности.
Учитывая наличие производственной базы, ТОО «БМ» первым в стране получает разрешительные документы (паспорт производства) на выпуск биоэтанола. Вести бизнес решили совместно с ТОО «Априори-Тараз», так как собственных ресурсов не хватало. Защита отмечает, что для производства биоэтанола для сырья берется пшеница 3-го сорта, и примеси из состава не убираются. В народе такой продукт называют техническим спиртом.
«По факту биоэтанол повышает октановое число для автомобильных двигателей. Предприятие работало, работники были официально приняты на работу, за них платили все налоги: ИПН, соцотчисления, люди получали зарплаты. Данный продукт пользовался спросом у иностранных государств, которые его покупали. Все сделки проходили официально, все отражалось в налоговых отчетностях. У департамента госдоходов не возникало вопросов не возникало, но на сегодня департамент госдоходов по Жамбылской области у нас проходит потерпевшим. В 2017 году было первое возбуждение уголовного дела. Тогда мотивировкой было то, что ТОО «Априори-Тараз» и ТОО «БМ» производят этиловый спирт под видом биоэтанола. Нам налоговики объясняли, что в этом продукте есть этиловые спирт и мы должны иметь в любом случае лицензию на все виды спирта. В последующем дело было прекращено, так как нам разъяснили, что по профильному закону нет необходимости иметь лицензию. Дело прекратили, но тогда предприятия понесли убытки, так как вовремя не доставили товар покупателям, контракты были разорваны», — рассказывает адвокат Алия Жаманбаева.
До 2024 года компании работали благополучно. Неприятности начались, когда в Восточно-Казахстанской области возбудили уголовное дело по факту задержания водителя, у которого в цистернах обнаружили этиловый спирт и товаротранспортные накладные с реквизитами ТОО «Априори-Тараз».
«Тогда было дано поручение провести обыск в Жамбылской области именно на территории производственной базы ТОО «БМ» и ТОО «Априори-Тараз». Был обыск офисов, изъятие бухгалтерских документов. Сотрудники ДЭР преследовали цель получить документы, ноутбуки, компьютеры, налоговые отчетности, квитанции и допросить причастных лиц. Почему я сказала о грубых нарушениях норм УПК РК. Данные сотрудники ДЭР прибыли на территорию предприятий, которые находятся по одному юридическому адресу, и начали производить обыски даже на тех территориях, которые у них не указаны в постановлении, санкционированным судом. В последующем следователь ДЭР превысил свои полномочия. Не имея отдельного поручения на принудительную выемку образцов из резервуара № 36 и № 38, привлекает специалистов департамента санитарно-эпидемиологического контроля для того, чтобы отобрать образцы жидкостей», — рассказывает адвокат Алия Жаманбаева.
Защитник заявляет, что принудительная выемка является следственными действиями и они должны были быть санкционированы следственным судом. Следователь же, по словам адвоката Жаманбаевой, сделал это на основе собственного постановления.
«Специалист департамента санитарно-эпидемиологического контроля берет пробы с грубым нарушением норм ГОСТа по отбору образцов алкогольной продукции. Когда отбирают пробы, то делают это специальным мерным прибором. Берется с нижней части, со средней части, с верхней части, а потом все смешивается и передается на исследование. В этой же ситуации происходит следующее. В резервуаре № 36 ранее хранился этиловый спирт, который у нас был конфискован по предыдущим судебным актам. Позже этот спирт был передан в многопрофильную детскую больницу, и нас потом в 2020 году по договору попросили его переработать на антисептик. На любых предприятиях есть резервуары, бочки, на дне которых имеются несливаемые остатки, которые остаются в любом случае. У них не получилось специальным прибором взять сверху резервуара, поэтому они, грубо нарушая нормы, открывают краны с нижней части данных резервуаров и получают эти образцы», — рассказывает Алия Жаманбаева.
Защитник отметила, что санврачи, проведя свое исследование, пришли к выводу о том, что в резервуаре № 38 имеется этиловый спирт с нехарактерным специфическим запахом и вкусом с крепостью 99%. В резервуаре № 36 обнаружили аналогичную картину, но спирт крепостью 96,6%. При этом почему-то не проводилось исследование по токсичным примесям, которые должны были показать, это пищевой этиловый спирт или нет.
«Сотрудники ДСЭК сказали, что не могут сделать точный замер, потому что между внутренним резервуаром и наружным была прослойка из стекловаты и ее нужно было снять. Они не смогли снять эту обшивку. В этой ситуации сотрудники ДЭР проявили инициативу и сами произвели замеры, составили протокол о замере и предоставили его руководителю криминалистического отдела своего подразделения, что он арифметическим способом просчитал объем этого резервуара и объем жидкости, в котором находился якобы этиловый спирт», — рассказывает Алия Жаманбаева.
На основе собственных расчетов ДЭР сообщает, что в резервуаре № 36 было 139 369 литров и регистрирует дело в ЕРДР.
«В это время прокуратура ВКО проверяет основное дело по остановке автомашины со спиртом и выявляет грубые нарушения, как например то, что до начала ЕРДР были произведены осмотры, выемки данных жидкостей, осмотр машины. Все это признают недопустимым и прекращают дело за отсутствием состава правонарушения, а материал передают в административное производство. Водителя штрафуют, жидкость конфискуют. То есть само дело, вытекающее из обысков резервуара 36 было прекращено. Мы направили ходатайство в прокуратуру Жамбылской области о том, что основное дело прекращено и все вытекающие из него следственные действия должны быть признаны недопустимыми и незаконными. Прокуратура с этим соглашается и в 2024 году вновит в ДЭР постановление о прекращении уголовного дела по резервуарам № 36 и 38. Передали это дело в департамент госходов, чтобы привлечь нас к административной ответственности. Там повторно исследуют жидкости и приходят к выводу, что данный спирт не является этиловым. К тому же в резервуаре 36 уже и жидкости не осталось после того, как оттуда брали образцы», — рассказывает Алия Жаманбаева.
Правда, проработать спокойно бизнесменам долго не удалось. В 2025 году вновь останавливают три автомашины, в которых якобы везут этиловый спирт под видом оксигената, рассказывает адвокат. Дело вновь возбуждают уже по задержанным машинам.
«Начался спор о том, что мы якобы под видом биоэтанола продаем суррогатный спирт и делается из него водка. Однако, все это не предположениях. Нет людей, которые бы отравились водкой, нет ни покупателей суррогатного товара. Однако, сотрудники ДЭР продолжают расследование несмотря на заключение эксперта Бакебаева из института судебных экспертиз о том, что жидкость не соответствует пищевому этиловому спирту. Также указывает, что там есть опасные примеси, которые мы заявляем по всех официальных документах и счетах-фактур. Далее данный продукт считают этиловым спиртом, и нам предъявляют ущерб. И прекращенное в 2024 году дело соединяется к этому уголовному делу по трем машинам. Присоединяют и дело 2017 года, которое тоже было прекращено. И это несмотря на то, что все сроки давности по тяжести категории данного преступления истекли. И весь эпизод направили в суд», — говорит адвокат. В суде, рассказывает Алия Жаманбаев, были тщательно исследованы и доводы следствия, и доказательства защиты. Суд даже проводил выездное заседание, чтобы посмотреть само производство. Защита считает, что суд вынес правильное решение и рассчитывают, что апелляционная коллегия поддержит данный приговор. А бизнесмены с начала досудебного расследования уже подсчитывают убытки. Коллектив, в котором были сто человек, распался после многочисленных допросов и психологического давления, говорит Алия Жаманбаева. В плохом состояние и дорогостоящее оборудование. Его пришлось остановить, что делать было нельзя. Для повторного запуска потребуются большие расходы на коммунальные платежи. К тому же придется восстановить многие запчасти.
