Суд QARMET & Сергей Ким. Заявление по факту хищения было подано без аудита и экспертизы

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: согласно вашим показаниям на прошлом судебном процессе, вы получили письмо от Агентства по финансовому мониторингу о факте хищения чугуна на «АрселорМиталл Темиртау», я правильно поняла?

Представитель потерпевшей стороны: да,

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: да, правильно. А вы не помните, когда поступило в канцелярию АО «Qarmet»?

Представитель потерпевшей стороны: мне оно было передано в первой половине дня, часов в 11 или в половине 12. Руководство сказало, что нужно срочно рассмотреть. Собрали всех заинтересованные службы и начали рассматривать.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: то есть в этот же день вы подали заявление в АФМ через e-otinish?

Представитель потерпевшей стороны: да.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а подали вы заявление 9 декабря 2025 года? Хорошо. Скажите, пожалуйста, до подачи отношения вы изучили сам договор от 8 сентября 2015 года и его условия?

Представитель потерпевшей стороны: в целом мы посмотрели. На тот момент я впервые сталкивался с такими правоотношениями, в основном, на совещании у нас председательствовали юристы, потому что они наблюдали за процессами. И они разъясняли положения договора.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а сам договор вы прочитали?

Представитель потерпевшей стороны: бегло я прочитал.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: почему вы не провели ревизию или аудит для установления суммы ущерба, ведь на прошлом судебном заседании вы ответили, что вам известно, что для подтверждения ущерба необходимо наличие данных документов?

Представитель потерпевшей стороны: (после молчания) в этой части я вам пояснить не могу, почему не было аудита. Мы подготовили отношение. Ну, я был внутренне готов к возврату отношения, но возврата не последовало. Более того, после обеда сразу позвонили и сказали, что в срочном порядке нужно ехать и в очном порядке написать уже в АФМ.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: до поступления данного письма «Qarmet» предполагал о том, что было совершено хищение? Какие-то предпосылки для этого у вас были?

Представитель потерпевшей стороны: я не могу сейчас говорить за весь комбинат, с этими договорными отношениями, прошедшими судами. Департамент нашей службы экономической безопасности занимался и вот каких-то предпосылок не было. Но когда юристы принесли претензию, то письмо от 2018 года, здесь уже начало складываться мнение, что вопросы с доменным присадом, или как его называют кусковой чугун, или чугунная скропа, он как бы обходил стороной. В течение судебных тяжб там шла в основном, я изучил все решения, в основном речь шла о возврате готовой продукции. А именно самим доменным присадом, который попутно получается из доменного шлака при его переработке, вот эти вопросы не поднимались.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: следующий вопрос. «АрселорМиталл Темиртау» при продаже предприятия сообщало ли вам, я имею в виду «Qarmet» о причинении ему ущерба со стороны ТОО «АлбаСтройДор» путем хищения имущества?

Представитель потерпевшей стороны: в этой части, действительно, не могу вам ничего пояснить, потому что на уровне Правительства заключались договоры при передаче 100% пакета акций. И что там было в акте-приемке передачи не может быть известно. Ну, и не могло быть известно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: передавал ли «АрселорМиталл Темиртау» документы по сделке с ТОО «АлбаСтройДор», в том числе первичную бухгалтерскую документацию?

Представитель потерпевшей стороны: здесь аналогично, также не могу ответить. Ну, как происходила покупка 100% акций об этом вряд ли кому-то известно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: согласно отношению от 9 декабря 2025 года, поданным вами лично, как представителем АО «Qarmet», вы указываете, что по условиям договора об оказании услуг, остаточные продукты, вывезенные из доменного цеха, и состоящие из шлака, камня, металла и размещенных в шлаковых ковшах, в целях сбора принадлежат АО «АрселорМиталл Темиртау». Сообщите, каким именно пунктом договора, заключенного 8 сентября 2015 года между «АрселорМиталл Темиртау» и ТОО «АлбаСтройДор» это предусмотрено?

Представитель потерпевшей стороны: (очень долго смотрит в бумаги) это вытекает из понятийного аппарата договора, где говорится, что непереработанный шлак — это остаточные продукты, вывезенные из доменного цеха, и состоящие из шлака, камней, металла и размещенные в шлаковых ковшах заказчика, в целях сбора и доставки заказчику. Здесь я считают, что какой-то правовой статус придан этим остаткам. Это следует из фразы «что все остаточные продукты, вывезенные из доменного цеха, размещенные заказчиком в целях сбора заказчику. Я так понимаю, на мой взгляд, что в смысл данной норм заложен тот факт, что эти материалы должны быть возвращены заказчику. Это исходя из последней фразы. Сам факт того, что в целях сбора и доставки. Я так интерпретирую. Вот дальше. В пункте 4.3 договора в разделе «услуги»: «при предоставлении всех услуг поставщик должен на постоянной основе предоставлять услуги в соответствии с лучшими отраслевыми практиками». В части практик у нас в понятийном аппарате есть «передовые методы в понятийном аппарате: общепринятые в сталелитейной промышленности стандарты для предоставления услуг». Есть стандарт «заводские технические условия» — это стандарт, который действует с 2023 года и он действовал на момент передачи ШПЦ в ТОО «АлбаСтройДор». Здесь говорится, что крупногабаритный доменный скраб, извлекаемый при разработке отвала, при обработке ковшевых остатков, направляемый в цех, представляет собой чистые от шлака линзы и донышки, ржавые, подвергшиеся воздействию температуры и паров, частично зашлакованные, крупногабаритные чугунные куски. Смысл этого в том, что при переработке доменного шлака, ну, насколько я понимаю, должно производиться отделение и это вменено в обязанности экскаваторщику, машинисту экскаватора, начальнику участка и начальнику смены в части того, что когда остатки из шлаковоза выливаются в траншею, они не должны его экскаватором поднимать и переносить. Они производят выделение, потому чугунные стропы видно визуально, что это не просто пустая порода в виде шлака, а что это куски железа, чугуна по сути с 80% содержанием железа. Есть также технический регламент производства гранулированного шлака и извлеченного чугунного скраба из отваленного доменного шлака. Здесь тоже говорится, что технический регламент устанавливает требования безопасного проведения работ при производстве гранулированного шлака, производстве фракционного щебня и извлечения доменного скраба из отваленного доменного шлака. Этот техрегламент 2024 года, но такой же существовал до 2015 года, почти слово в слово. Сама технология работы на ШПЦ она не менялась от 2020 года по переработки чугунных скрапов на ШПЦ и отгрузки…

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы про 2020 год, а у нас период с 2016 по 2018 год.

Представитель потерпевшей стороны: я говорю о том, что все эти регламенты существовали и насколько мне известно, но тут надо будет, наверное, уточнить у подсудимого, такие же регламенты они ввели, когда ТОО «АлбаСтройДор» зашли на ШПЦ. В этих отраслевых практиках говорится, что при переработке доменного шлака должны уполномоченными лицами в обязательном порядке проводиться работа по выделению из доменного шлака чугунных скрапов, потому что в них завод всегда нуждается. Ссылки в договоре на соответствие с отраслевыми практиками, мы в этой части усматриваем, что хоть и было передано на аутсорсинг, то из доменного шлака должны были извлекаться эти чугунные скрапы в виде доменного присада. В принципе ТОО «АлбаСтройДор» и делала это, но распоряжалась по своему усмотрению.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: то есть вы хотите сказать, что вы приходите к выводу о необходимости возврата остаточных продуктов, об обязанности возврата их на «АрселорМиталл Темиртау» исходя из терминов, которые заложены в этом договоре?

Представитель потерпевшей стороны: почему из терминов?

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а я вас спросила об условиях в договоре, потому что вы ссылаетесь на термины, толкование терминов.

Представитель потерпевшей стороны: дальше по тексту тоже есть.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: найдите мне, пожалуйста, условия договора об обязанности ТОО «АлбаСтройДор» вернуть в «АрселорМиталл Темиртау» остаточные продукты. Не понятия, а именно условия договора. Вы же юрист и понимаете, о чем я говорю.

Представитель потерпевшей стороны: вот смотрите, права поставщика, если взять, то приложение второе. Пункт третий: «поставщик имеет право для оказания заказчику услуг в соответствии с уровнем и качества предоставления услуг, и лучшими, опять же, отраслевыми практиками распоряжаться объемом производимого доменного шлака. А лучшие отраслевые практики они обязывают, как я уже говорил, при переработке доменного шлака выделять чугунный скраб. Такой порядок всегда был, что все извлеченные скрабы в виду чугуна и присада сразу незамедлительно возвращаются в цех, так как это материальная ценность. И это уже не остаточный продукт, а сопутствующий продукт, который возникает в процессе переработки.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы дочитайте до конца этот пункт.

Представитель потерпевшей стороны: «с лучшими практиками распоряжаться объемами производимого шлака и размещенными на шлаковом отвале доменного цеха отходами металлургического производства. Также всеми произведенными изделиями».

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: отсюда что следует? Что у поставщика «АлбаСтройДор» есть право распоряжаться всем и это заложено в этом договоре и это условие договора. А вот где указано, что он обязан вернуть в «АрселорМиталл Темиртау»?

Представитель потерпевшей стороны: ну, я понимаю так, что в соответствии с отраслевыми практиками, а эти практики показывают, что он может распоряжаться, правильно распоряжаться доменным шлаком, но они предусматривают, что из этого доменного шлака нужно выделить доменный присад.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: ага, а он не выделял? Вы сейчас ему какую претензию предъявляете?

Представитель потерпевшей стороны: ну, из материалов дела следует, что эта работа проводилась, но потом доменный присад не возвращался в цех, а реализовывался.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: так он имел право распоряжаться в соответствии с этим пунктом договора?

Представитель потерпевшей стороны: да, имел право распоряжаться, но за исключением этого материала, который имел ценность, который возникает после переработки. В силу специфики производства в этом шлаке пока эти шлаковозы едут из доменного цеха, там имеются элементы металла и пока за 1,5-2 часа пока они доезжают, этот металл оседает. И этот металл, который осел на дно является доменным присадом и др. В силу специфики производства в момент перевозки этого шлака и выгрузки возникает новый материал, который имеет самостоятельную ценность, который должен был возвращаться.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: я правильно вас поняла, что «АлбаСтройДор» мог пользоваться только пылью, которая осталась после того, как он переработал эти отходы?

Представитель потерпевшей стороны: ну, почему? Это доменный шлак в виде камней, условно говоря, застывших камней.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: какие камни? Из чего они состоят, если вы говорите, что железосодержащие нужно вернуть на «АрселорМиталл Темиртау». А там что остается?

Представитель потерпевшей стороны: есть же и пустые породы. Ну, условно говоря, остались там 30% то, что выливается из шлаковоза, не все же металл. Эту часть потом видно, она ржаветь начинает, вес намного больше, чем у пустой породы.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы говорите, что железосодержащие оттуда «АлбаСтройДор» должен переработать и вернуть «АрселорМиталл Темиратау», а вот остались какие-то непонятные куски. Они где используются? Кто их покупает?

Представитель потерпевшей стороны: я не знаю, кто их покупает. Они хранятся на отвале.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: скажите, а чтобы хранить на отвале, есть ли какие-то нормы, стандарты, количество, которое может храниться на отвале.

Представитель потерпевшей стороны: да, есть.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: если не перерабатывать отходы, растет ли количество отвала?

Представитель потерпевшей стороны: да, конечно, это же непрерывный процесс, круглосуточный.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы говорите, что отходы ТОО «АлбаСтройДор» в виде металлосодержащих продуктов должен был возвращать в «АрселорМиталл Темиртау». Скажите, пожалуйста, каким образом он должен был производить данные действия? Это же должно быть прописано в договоре. Вот где прописано, если вы не можете это найти, то каким образом он должен был вернуть эти отходы? Каким пунктом договора предусмотрен порядок возврата этих отходов?

Представитель потерпевшей стороны: ну, прямо не предусмотрено.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: хорошо, тогда следующий вопрос. Скажите, пожалуйста, а каким пунктом договора предусмотрен возврат ковшей?

Представитель потерпевшей стороны: ковши, да, в приложении идут. Весь первый пункт, который относится к производству. Зачитать? «Поставщик обеспечивает возврат пустых чаш в пункт поставки следующим образом: каждый поезд, который состоит из 8 шлаковых чаш, должен быть возвращен в течение двух часов. Поезда состоящие из 9 или 10 шлаковых чаш должны быть возвращены в течение 2 часов 30 минут с момента принятия поезда. С момента пересечения опорожненного шлаковозного поезда границы раздела ШПУ поставщик не несет ответственность за его сохранность и своевременную его подачу в доменный цех. При проведении работ, связанных с очисткой закозленных шлаковых чаш, поставщик освобождается от исполнения подпункта 1.1 настоящего приложения.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: получается минимальное время два часа. Расстояние от доменного цеха до шлакоперерабатывающего участка какое?

Представитель потерпевшей стороны: примерно 4-5 км.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: поезд с большой скоростью едет? Нет, с маленькой.

Представитель потерпевшей стороны: не знаю, с какой. Ну, может 10-20, вряд ли 30.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: потому что опасно. Вы знаете сам процесс опорожнения этой чаши, ведь вернуть должен пустую чашу. То есть он идет неспеша с полной чашей на ШПУ. Дальше, что происходит?

Представитель потерпевшей стороны: этот состав заезжает в тупик и производит опорожнение порядка 70% огненно-жидкого шлака. Каждый шлаковоз, каждая чаша поочередно опускается.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: ага 70%, а 30% остается, а дальше?

Представитель потерпевшей стороны: его вывозят с этого тупика и привозят на другой тупик, в другую сторону, там расстояние небольшое, ну, метров 500. Также происходит опорожнение, но уже на другую сторону и где доменный шлак вываливается. Полностью опорожняется ковш. Все. 

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: и все? То есть он не застыл, а в таком же горячем состоянии успевают вылиться остатки в 30%? Вы это точно знаете? Просто взял и вылился?

Представитель потерпевшей стороны: ну, когда в стандартных условиях, когда вышел шлаковоз. Я просто сам решил посмотреть и выехал посмотреть. Уважаемый, суд, есть видео одно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а оно у вас неполное. У вас только 70%. Вы скажите, эти 30% просто взяли и вылились, как из бутылочки воды?

Представитель потерпевшей стороны: да, если в горячем состоянии, то оно выливается. Возможно, тут пункт же предусматривает очистку шлаковых чаш, когда состав шел, может зима была, может где-то сутки простоял и приехал на выгрузку, тогда же замерзает шлак.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: у вас разве не бесперебойный процесс работа доменного цеха и шлакоперерабатывающего участка, куда приходят ковши?

Представитель потерпевшей стороны: бесперебойно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: бесперебойно. Если ковш где-то остался, как вы говорите…

Представитель потерпевшей стороны: ну, это же не один состав, бывает же.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы не согласны с тем, что написано в обвинительном акте? А там написано о том, что «остатки шлаковый расплав при сливе в траншею орошается водой из перфорированных труб, где происходит частичное дробление шлака доменного металлургического за счет термоудара и предотвращения образования монолита. После охлаждения шлак доменный металлургический разрабатывается скобатором и уже подается на давление и рассев». Тут процедура! И это все нужно успеть за два часа сделать, чтобы опорожнить и в пустом виде, в чистом отдать эти ковши.

Представитель потерпевшей стороны: речь же идет о том, что освободить надо эти ковши. Состав ушел и начинается.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: ну, для того, чтобы из ковша вытащить, нужно провести работу, потому что он застыл. Он не может быть незастывшим.

Представитель потерпевшей стороны: ковш в вашем понимании это что?

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: это чаша, огромная чаша.

Представитель потерпевшей стороны: видно, что она полностью опорожняется. То, что застывает, застывает уже в траншеи. Об этом речь идет.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: то есть вы не согласны с тем, что написано в обвинительном акте в этой части?

Представитель потерпевшей стороны: там правильно написано, просто вы по-своему интерпретируете.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: как опорожняется эта чаша в полном объеме?

Скажите, пожалуйста, если процедура, какой приходит ковш и за какое время он должен вернуться опять в доменный цех прописана, то каким образом отходы должны были вернуться в «АрселоМиталл Темиртау»? Вы же весь участок ШПУ отдали в аренду ТОО «АлбаСтройДор»? А эти остатки сами должны прийти на «АрселорМиталл Темиртау»?

Представитель потерпевшей стороны: нет, они же перескладируются на отвал после переработки.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: на какой отвал? Где написано?

Представитель потерпевшей стороны: это согласно техусловиям. Ну, согласитесь, если каждые 4 часа в эту траншею будут заливаться и не будет чиститься, куда потом сливать?

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы же говорите о том, что остаточные продуты должны быть возвращены в «АрселорМиталл Темиртау». Я у вас и спрашиваю, как они возвращаются?

Представитель потерпевшей стороны: путем складирования на отвале.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: но, это нигде не прописано?

Представитель потерпевшей стороны: но это есть в заводских технических условиях, в техрегламенте.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а в договоре это есть или нет?

Представитель потерпевшей стороны: (после долгой тишины) ну, в договоре больше говорится про готовую продукцию.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а какие изделия производились в результате переработки необработанного шлака по договору?

Представитель потерпевшей стороны: сам доменный шлак складировался на этих отвалах. Из условий договора – гранулированный шлак доменного цеха и щебень.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: только два продукта, а железосодержащие продукты? По условиям договора не предусмотрены?

Представитель потерпевшей стороны: уважаемый адвокат, ну, прописано же, что только два.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: скажите, пожалуйста, огненно-жидкий шлак для переработки в «АлбаСтройДор» передавался бесплатно? То, что привозилось в ковшах.

Представитель потерпевшей стороны: я точно не могу сказать, но скорее всего бесплатно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: скорее всего, но точно не знаете. Какие обязанности были возложены на «АлбаСтроДор» по данному договору и где они указаны?

Представитель потерпевшей стороны: все закреплено в правах и обязанностях. Поставщик обязан обеспечивать бесперебойную работу ШПУ, принимать груженые поезда со шлаковыми чашами, брать на себя обязательства по переработке шлака в конечный продукт, возвращать пустые поезда в пункт для загрузки шлака, обеспечивать хранение избытков конечных продуктов от шлака. Должен обеспечивать соблюдение технологических процессов, поддерживать в должном состояние железнодорожных подъездных путей, проводить своевременно ремонт и техобслуживание всего оборудования, поддерживать в рабочем порядке шлакоперерабатывающий участок, а также всю инфраструктуру, включая автодороги, жд-дороги, здания. Самостоятельно за свой счет обеспечить охрану и установить пропускной режим на ШПУ, на объектах относящихся к ШПУ – склады и отвалы. За свой счет поставщик должен был произвести ремонт и восстановление мостовых весов и начать работы по установке новых мостовых весов, произвести установку автоматических грузовых весов, установить систему видеонаблюдения на ШПУ и подключить к записывающему оборудованию в помещении заказчика.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: «АлбаСтройДор» выполнила все эти условия?

Представитель потерпевшей стороны: ну, я думаю да, выполнял.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а были какие-то штрафные санкции за невыполнение этого договора?

Представитель потерпевшей стороны: мне об этом неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а предусматривал ли сам договор штрафные санкции за невыполнение любого одного из условий данного договора?

Представитель потерпевшей стороны: да, есть. (долго что-то ищет)

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: там же залог был 100 млн тенге.

Представитель потерпевшей стороны: а, да.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: то есть ТОО «АлбаСтройДор» положил в банк в качестве залога сто млн тенге в качестве обеспечения условий данного договора. Правильно, я понимаю, что по условиям данного договора все на ШПУ было передано компании: люди, оборудование, ремонт оборудования, закуп нового оборудования, охрана, снабжение видео, централизация, чтобы «АрселорМиталл Темиртау» видел все, что происходит на территории. Кроме того, ремонт грузовых весов и приобретение новых. То есть все было передано? Хорошо, следующий вопрос. Есть ли понятие «негабаритный кусковой чугун»? Есть ли ГОСТ для негабаритного кускового чугуна? И какой размер у негабаритного кускового чугуна.

Представитель потерпевшей стороны: согласно тех условиям.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: скажите, пожалуйста, чугун, кусковой чугун, негабаритный кусковой чугун, негабаритный доменный присад для переработки 26А – это один и тот же товар?

Представитель потерпевшей стороны: согласно ГОСТу, они отнесены к одному классу.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а вы хотите, чтобы обвинение строилось на том, как вы у себя на учет берете, или все же существуют ГОСТы, которые применимы для всех. Так вот у всех этих продуктов, которые я назвала, ГОСТы одни и те же? Не класс, а ГОСТы?

Представитель потерпевшей стороны: у меня только один ГОСТ.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: так этот ГОСТ введен в действие в марте 2023 года.

Представитель потерпевшей стороны: у меня написано, введение в действие в марте 2022 года. Но этот ГОСТ базируется на предыдущем ГОСТе от 75 года. В части доменного присада изменений нет.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: следующий вопрос: негабаритный доменный присад для переработки 26 А — это изделие или отходы черного металла в виде чугунного скраба?

Представитель потерпевшей стороны: я считаю, что это материал, у которого на заводе есть свой номер. И в силу специфики металлургического производства вновь возникаемый, или попутно получаемый материал для переработки. Но, по сути, это изделие, так как у него высокая стоимость. 

Судья Данияр Жунусов: хорошо, вы говорите, что попутно получаемый материал, который имеет высокую стоимость? Правильно? А почему вы тогда за ним не следили, этим материалом, если он имеет такую высокую стоимость?

Представитель потерпевшей стороны: я могу объяснить только тем, что это отношения почти десятилетней давности. В то время был менеджмент «АрселорМиталл Темиртау». Там был иностранный менеджмент. Новый менеджмент зашел на завод в декабре 2023 года. Предприятие очень большое и постоянно в той или иной сфере возникают вопросы.

Судья Данияр Жунусов: понятно, на старый менеджмент ссылаетесь.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: ну, вы ж на мой вопрос сказали, что до 9 декабря, до получения письма от АФМ даже не предполагали о каком-то хищении имущества «Qarmet».

Представитель потерпевшей стороны: я лично не знал, просто слышал, что идут какие-то судебные тяжбы в экономическом суде по возврату остатков между «Qarmet» и «АлбаСтройДор».

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а какие-то судебный тяжбы были именно по возврату остатков железосодержащих или речь шла только о готовых изделиях?

Представитель потерпевшей стороны: по-моему, и по возврату доменного шлака тоже. Я там не участвую.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а доменный шлак и негабаритный доменный присад – это одно и тоже?

Представитель потерпевшей стороны: ну, я же вам говорю, что доменный присад получается при переработке доменного шлака.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: скажите, а отходы черных металлов в виде чугунного скрапа были ли на балансе «АрселорМиталл Темиртау» и можете ли вы это подтвердить документами?

Представитель потерпевшей стороны: ну, это специфический вопрос. Мне нужно запросить в бухгалтерии.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: имелся ли договор у «АрселорМиталл Темиртау» с ТОО «ASD-Трейд», с ТОО «ГлобалСпецТорг» на реализацию скрапа чугуна? Или кускового чугуна?

Представитель потерпевшей стороны: не имелся.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: не имелся, это вы точно знаете? Согласно обвинительному акту ТОО «АлбаСтройДор», «ASD-Трейд», «ГлобалСпецТорг» денежные средства за реализованный скрап чугуна в соответствии с условиями распределения выручки 65% на 35% должны были поступать на расчетный счет «АрселорМиталл Темирта». Скажите, пожалуйста, на основании какого пункта договора вы считаете, что такие обязательства были у всех перечисленных компаний?

Представитель потерпевшей стороны: в этой части мне неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вам неизвестно, но в обвинительном акте это заложено. Известно ли вам о наличии письма «АлбаСтройДора» в «АрселорМиталл Темиртау» от 6 января 2016 года о том, что «АлбаСтройДор» будет реализовывать скрап чугуна?

Представитель потерпевшей стороны: неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: в своем отношении вы ссылаетесь на данные учета SAP. Правильно ли я поняла, что SAP это информационная система, охватывающая управление всеми видами ресурсов предприятия «АрселорМиталл Темиртау»?

Представитель потерпевшей стороны: да, правильно. 

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: с какого времени в SAP отражено количество огненно-жидкого шлака, пребывающего в «АлбаСтройДор»?

Представитель потерпевшей стороны: предполагаю, что с момента начала действия договора.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: предположение? Точно не знаете? Вы же знакомились с вещественными доказательствами? Не успели? Так вот с тем, что я успела ознакомиться, там есть аудит. В данных аудита указано, что SAP отражать объемы отпущенного огненно-жидкого шлака стал только с июня 2017 года. До этого никаких данных в системе не было. С 2016 по 2018 годы, вменяемый нам период, «АрселорМиталл Темиртау» реализовывал негабаритный кусоковой чугун, сам кусковой чугун кому-либо?

Представитель потерпевшей стороны: мне неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: имеются ли у «АрселорМиталл Темиртау» в период с 2016 по 2018 годы лицензии на деятельность по сбору, заготовке, хранению, переработки, реализации юридическими лицами лома, цветных и черных металлов?

Представитель потерпевшей стороны: в этой части я тоже не могу ответить сейчас. Могу предположить, что есть.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: производила ли компания «АрселорМиталл Темиртау» в соответствие с пунктом 8 договора от сентября 2015 года аудиторские проверки в «АлбаСтройДоре» в период действия договора и каковы их результаты?

Представитель потерпевшей стороны: мне об этом неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: получала ли «АрселорМиталл Темиртау» от «АлбаСтройДор» в соответствии с пунктом 5.2 договора квартальные, ежемесячные отчеты о деятельности «АлбаСтройДор» по оказанию услуг в отношении каждого из уровней качества оказания услуг, по доходам, по реализации, затратам, дефициту производства.

Представитель потерпевшей стороны: сами отчеты я не видел, но могу предположить, что предоставляли. Я могу уточнить к следующему заседанию.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: скажите, электронная почта с переписками, которые вел «АрселорМиталл Темиртау» с подрядчиками, осталась «Qarmety»?

Представитель потерпевшей стороны: в 2024 году доступ к этому домену не стало.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: я правильно понимаю, что у вас нет информации по той деятельности, которую вел «АрселорМиталл Темиртау»?

Представитель потерпевшей стороны: в SAP она есть, но местечковой нет.

Представитель потерпевшей стороны: не могу сказать те же счета у нас или новые.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: потому что следующий мой вопрос звучит так: «Какую сумму оплатил «АлбаСтройДор» по данному контракту «АрселорМиталл Темиртау» за весь период его действия, либо просто с 1 января 2016 года по 31 декабря 2018 года?

Представитель потерпевшей стороны: можно я на следующем заседании скажу, я уточню. Но я думаю, суммы там небольшие были. Там было 0,01 что-то.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: это за продукцию. А «АлбаСтройДор» платило за аренду, за оборудование, за окружающую среду, вы же не платили деньги за это. За превышение того, что у вас лежало на шлакоперерабатывающем участке у вас отвечал «АлбаСтройДор» и все штрафные санкции оплачивала компания. Да, это предусмотрено договором, но «АрселорМиталл Темиртау» вообще никаких расходов не нес. А за коммунальные услуги, зарплата всех работников? Причем по условиям договора он должен был ее поднять и он поднял, а это 200 с лишним человек. Это помимо того, что он должен был приобрести новое оборудование, потом что старое было негодное, оно было еще с советских времен. И отремонтировать помещения должен был. Поэтому за весь период, пожалуйста. Следующий вопрос. Проводился ли в «АрселорМиталл Темиртау» аудит системы учета продаж «АлбаСтройДор» автотранспортом.

Представитель потерпевшей стороны: неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: приложение 9, на которое ссылается обвинение и вы. Это бизнес-план продаж. Скажите, «АлбаСтройДор» обязан был его выполнить в полном объеме и каким пунктом договора предусмотрена такая обязанность? Это бизнес-план продаж. Там сразу должна быть предусмотрена ответственность. Вы же помните, я раньше задавала вопрос, в части того, был исполнительный залог в 100 млн за неисполнение любого условия договора. И если 100 млн тенге «АрселорМиталл Темиртау» и ТОО «АлбаСтройДор» не забрал, и не расторг раньше времени договор, то значит ответственности у него не было?

Представитель потерпевшей стороны: в понятийной части показатели бизнес-продаж указаны годовая реализация не менее 600 тыс тонн гранулированного доменного шлака и 89 тыс тонн щебня за первый год контракта. На второй год другие объемы. За последующие годы другие показатели.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: это обязанность выполнить этот план и есть ли ответственность за невыполнение этого бизнес-плана по условиям договора?

Представитель потерпевшей стороны: да, это обязанность.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: какой пункт договора?

Представитель потерпевшей стороны: это в первом приложении о продажах, что поставщик должен осуществлять продажи по ценам, которые определены сторонами.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: ответственность где предусмотрена?

Представитель потерпевшей стороны: в случае если поставщик не обеспечит годовой объем продаж, то заказчик может выставить требование на гарантию исполнения обязательств.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: была выставлена гарантия, то есть штраф?

Представитель потерпевшей стороны: мне неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: скажите, предусмотрена ли согласно бизнес-плану изменение арендной платы «АрселорМиталл Темиртау»?

Представитель потерпевшей стороны: арендная плата изменяется прямо пропорционально доходам от реализации гранулированного шлака и щебня.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: что это означает?

Представитель потерпевшей стороны: заложена возможность изменять плату в зависимости от доходов.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: только от доходов, вы правильно читаете? Здесь же написано: «Доход от реализации, затраты на содержание ШПУ». Есть доход от реализации, затем отнимаются затраты на содержание участка ШПУ, в том числе платежи за окружающую среду, затем инвестиции в оборудование. Они тоже должны исключаться из этой суммы. И вот остаток, и только из него исходит арендная плата. Если вы все это просчитаете, то увидите, что именно так производился расчет. Также здесь указано, что данный бизнес-план является ориентировочным по содержанию и развитию участка ШПУ и может изменяться в соответствии с конъектурой рынка. То есть это не 100%-ное выполнение, а от рынка зависит? Правильно?

Представитель потерпевшей стороны: хорошо, а в чем вопрос?

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: ну, вы говорите, что он должен 100%-но выполнить, а я говорю, тут есть два момента. План — это предположение. Да, план был принят, но с примечаниями, вы с ними согласны?

Представитель потерпевшей стороны: да, может рынок изменился.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: ну, вы его перед подачей отношения в правоохранительные органы изучали? Вы проверяли, насколько было выполнено условие договора, имело ли прибыль «АлбаСтройДор»? Вам неизвестно. А какая сумма тратилась компанией на содержание участка ШПУ и сколько денег он потратил на закуп оборудования? Вам это известно?

Представитель потерпевшей стороны: нет.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: тоже неизвестно.

Судья Данияр Жунисов: «АлбаСтройДор» бесплатно что ли работал? Как вам может быть неизвестно, была прибыль или не было прибыли?

Представитель потерпевшей стороны: он переработанный гранулированный шлак и щебень «АлбаСтройДор» реализовывали.

Судья Данияр Жунисов: у вас с ними бартер был что ли?

Представитель потерпевшей стороны: они часть продавали по рыночным ценам.

Судья Данияр Жунисов: а это и была их прибыль. А почему вы говорите, что ничего не получали? Значит, что-то они получали.

Представитель потерпевшей стороны: мне неизвестно, какая прибыль после вычета всех расходов.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: если «АлбаСтройДор» покупал огненно-жидкий шлак по цене 0,01 тенге за тонну, то все, что он покупает это собственность «АлбаСтройДор» или «АрселорМиталл Темиртау»?

Представитель потерпевшей стороны: ну, это идет в рамках договора.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а в условиях договора написано, что огненно-жидкий шлак «АлбаСтройДор» должен покупать для того, чтобы его перерабатывать? Есть такой пункт в договоре?

Представитель потерпевшей стороны: из приложения следует, что мы должны предоставить поставщику все, что требуется.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: меня конкретно интересует, есть ли пункт, что он должен на платной основе приобретать?

Представитель потерпевшей стороны: здесь общие фразы идут, что заказчик должен предоставить огненно-жидкий шлак.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: только предоставить, о том, что он его должен купить – ничего нет. Если он его купил, то право собственности у кого на этот шлак?

Представитель потерпевшей стороны: это же не договор купли-продажи, а договор оказания услуг по переработке доменного шлака, поэтому и сумма была указана символическая. Я насколько понимаю это для бухгалтерского учета.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: а вы готовые изделия тоже по символической цене покупали у «АлбаСтройДор»? Ведь это было уже после переработки. Скажите, кто платил за охрану, ведь согласно договору, на «АлбаСтройДор» была возложена обязанность установить охрану, наладить пропускной режим. Это было его обязанность. Кто нес расходы?

Представитель потерпевшей стороны: я предполагаю ТОО «АлбаСтройДор».

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: давала ли компания «АрселорМиталл Темиртау» согласие на привлечение субподрядчика «Кузет 2050» и предусмотрено ли это договором? Было ли обязательным условием договора дача согласия на привлечение субподрядчиков?

Представитель потерпевшей стороны: поставщик не должен нанимать субподрядчика без письменного согласия заказчика.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: какие-то претензии к субподрядчику «Кузет-2050» были со стороны «АрселорМиталл Темиртау»?

Представитель потерпевшей стороны: неизвестно.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы сказали на том заседании, что пункты договора противоречивы. О каких пунктах договора идет речь?

Представитель потерпевшей стороны: я бы прямо прописал вопрос про доменный присад. Но ссылка на отраслевые практики позволяет прийти к выводам.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: вы с какого времени работаете?

Представитель потерпевшей стороны: с середины марта 2024 года.

Бахыт Ахметова, адвокат подсудимого: согласно обвинительному акту, указано, что были фиктивные сделки между ТОО «ASD-Трейд», «ЦентрОбСнаб» и «ГлобалСпецТорг». Скажите, вам что-то известно, когда признал и кто признал сделки фиктивными.

Представитель потерпевшей стороны: мне неизвестно.